lapadom (lapadom) wrote,
lapadom
lapadom

Кто видит кота?

Я просто весьма люблю прозу Коваля, но этот случай из ряда вон выходящий: кота видно во всех деталях, образ настолько живой и полный, что слышен его мур. При том, что собственно описания в тексте совсем немного.

Юрий Коваль СОЛНЕЧНОЕ ПЯТНО
    Чужой  и  рыжий  на  крыльце  моего дома спал огромный кот. Разморенный
солнцем, он привалился к двери спиной и посапывал. Я кашлянул. Кот приоткрыл
глазок. И это, доложу вам, был жуткий глазок, вполне бандитский.  Изумруд  и
лазурь горели в нем.
    Оглядев меня, облив лазурью, обдав изумрудом, глазок закрылся.
    -- Позвольте пройти. Гот не шевельнулся.
    --  Вы  не правы, -- как можно мягче заметил я. -- Ну, согласитесь, это
мой дом, приобретенный недавно по случаю. Вы спросите, откуда у  меня  такие
деньги?  Я  работал,  уважаемый. Работал ночами, над-ры-ва-ясь! Позвольте же
пройти мне в свою собственность.
    Пока я нес  эту  белиберду,  кот  отворил  оба  глаза,  слушая  меня  с
интересом.  На слове "над-ры-ва-ясь" он встал, потянулся и отошел в сторону,
освобождая проход. Я открыл дверь.
    -- Прошу, -- сказал я. -- Пожалуйста, заходите.
    Пропустив  меня  вперед,  кот  вошел  следом.  Он  вел  себя   разумно,
интеллигентно,  но  все-таки  это  был  опасный  кот.  Его благородство было
окрашено в рыжий пиратский цвет. Неслышно ступал он за мной, но я чувствовал
за спиной его рыжее пиратство. Вошли в комнату.
    -- Располагайтесь, -- предложил я. --  Вот  печь,  вот  табурет.  Гость
оглядел печь и табурет и, заметив на полу солнечное пятно, пздающее из окна,
лег  под  солнце  и  задремал.  Я  отрезал  кусок колбасы, которую берег для
гостей, положил поближе к его усам. Он повел носом и отвернулся.
    -- Ну, это уже неправильно. Угощаю чем могу. Обидно. Кот  выслушал  мое
замечание, кивнул и опять задремал.
    - Не  понимаю,  --сказал  я. --В чем дело? неужели не нравится колбаса?
Странно. Многие любят. Вы сыты? Ночь, полная пиратств?  А?  Неужели  птички?
Cкажите честно, это так? Птички?
    На слове "птички" котяра замурлыкал.
    -- Не могу приветствовать! -- сказал я. -- Не одобряю!
    Пират  с  наслаждением  развалился  в солнечном пятне. Мотор мурлыканья
работал ровно и мощно. Странно было, что при  таком  моторе  кот  никуда  не
ехал. Он грохотал, как 6ольшой мотоцикл с коляской.
    Я  сел  к  столу  и  занялся  каким-то делом, скорей всего писательским
скрипучим застольным трудом. Но дело  не  клеилось.  Огненный  и  грохочущий
бандит  на  полу  отвлекал  мысли  в рыжую сторону. Отодвинув скрипучий свой
труд, я достал кисть и акварель.
    Кот приоткрыл глаз.
    -- Один набросок... приподнимите голову.
    Гость приподнял голову, и я стал его рисовать.
    Солнечное пятно двигалось по полу к закату.  Кот  пятился,  перемещался
вслед за пятном, за ним пятился и мой рисунок.
    Солнечное  движение  не  мешало  мне.  Рыжий  сохранял позу, не опускал
голову. Похоже. он понимал, что рисование котов -- дело ответственное в наше
время, важное дело. Когда  пятно  солнечное  полезло  на  стенку,  я  кончил
работу.
    -- На сегодня хватит.
    Кот  поднялся  на  ноги,  размялся,  потянулся, мельком оценил рисунок,
что-то муркнул, вроде "неплохо", и, не прощаясь, вышел. Пожалуй,  отправился
пиратствовать. Просыпаясь иногда ночью, я слышал в палисаднике треск сирени,
мягкие  темные  прыжки,  кошачьи  вздохи.  Наутро кот снова поджидал меня на
крыльце.
    -- Ну, как прошла ночь? Пиратство совершилось?
    Котяро замурлыкал на полную мощь, и я понял: да, совершилось.
Tags: книги, проза, цитата
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments