April 22nd, 2014

pic#87971784 основная

Стихи с утра

Алексей Парщиков
КОТЫ

По заводу, где делают левометицин,
бродят коты.

Один, словно топляк, обросший ракушками,
коряв.
Другой - длинный с вытянутым языком -
пожарный багор.
А третий - исполинский, как штиль
в Персидском заливе.

Ходят по фармазаводу
и слизывают таблетки
между чумой и холерой,
гриппом и оспой,
виясь между смертями.

Они огибают все, чари потворства,
и только околевая, обретают скелет.

Вот крючится черный, копает землю,
чудится ему, что он в ней зарыт.

А белый - наркотиками изнуренный,
перистый, словно ковыль,
сердечко в султанах.

Коты догадываются, что видят рай,
и становятся его, опорными точками,
как если бы они натягивали брезент,
собираясь отряхивать
яблоню.

Поймавшие рай.

И они пойдут равномерно,
как механики рядом с крылом самолета,
объятые силой исчезновения.

И выпустят рай из лап.
И выйдут диктаторы им навстречу.
И сокрушат котов сапогами.

Нерон в битве с котом.
Атилла в битве с котом.
Иван Четвертый в битве с котом.
Лаврентий в битве с котом.
Корея в битве с котом.
Котов в битве с котом.
Кот в битве с котом.

И ничто каратэ кота в сравнении со статуями диктаторов.
pic#87971784 основная

Встречи с Еленой Михайловной Минкиной-Тайчер

Круглый стол — презентация романа Елены Минкиной-Тайчер "Эффект Ребиндера".
(Минкина-Тайчер Е.М. Эффект Ребиндера. - М.: Время, 2014. - 352 стр. - ISBN 978-5-9691-1186-8)

Участвуют: Елена Минкина-Тайчер - автор романа, Ирина Горюнова - писатель и литературный агент автора, Юрий Филимонов - представитель книготорговой компании-дистрибьютера продукции издательства "Время" "Книжный клуб 36 и 6", Алена Васнецова - журналист, библиотекарь, специалист по детской литературе, Ирна Диссель - товаровед книжного магазина Доме педагогической книги (Отдел «На Кузнецком»), ведущий - Дмитрий Гасин - PR-менеджер издательства "Время".

18 апреля, в 18:00, в Доме Педагогической книги в Камергерском переулке (Отдел «На Кузнецком», ст. м.«Охотный Ряд», «Театральная» (выход к театру Оперетты), ул. Кузнецкий Мост, д.4/3, стр.1.

Круглый стол по роману Елены Минкиной-Тайчер - Вступление, ч.1


Продолжение:
Collapse )
pic#87971784 основная

Стихи вечером

Александр Кабанов
* * *
Челночники переправляют в клетчатом бауле
Харона через таможенный терминал,
старые боги ушли, а новые боги уснули,
электронные платежи, бездна, а в ней - безнал.

В позе эмбриона с баночкой кока-колы
о чем-то шипящей и темно-красной на вкус,
Харон засыпает, и снятся ему оболы,
киоск обмена валюты (очень выгодный курс!),

школьное сочинение: «Как ты провел Лету?»,
берег, плывущий навстречу, в жимолости и хандре,
первая женщина – Индра, а последняя - Света
с татуировкой ангела на бедре.

Она оставила визитку с телефонами этих
самых челночников, жителей Чебоксар.
Марк Аврелий был прав: смерть – сетевой маркетинг,
а любовь – черно-белый пиар.

Баул открывается радостным: «Прилетели!»
Харон успевает подумать, как же ему повезло,
он еще не видит пустыню, по которой идти недели,
и бедуина, который выкапывает весло.
pic#87971784 основная

Серия "Интерактивная классика" издательства Clever

Серия "Интерактивная классика" издательства Clever
IMG_8258.JPG
«IMG_8258.JPG» на Яндекс.Фотках


http://youtu.be/lj1cMlmX30o
Collapse )
На той же книжной полке:
Гаспаров М.Л. Занимательная Греция -
http://lapadom.livejournal.com/787763.html
Гаспаров М.Л. Занимательная мифология. Сказания Древней Греции -
http://lapadom.livejournal.com/1083774.html
Чудакова М.О. Не для взрослых. Полки первая, вторая и третья в одном томе
http://lapadom.livejournal.com/831286.html
Скотт Вальтер. Айвенго
http://lapadom.livejournal.com/1214859.html
pic#87971784 основная

БИБЛИОТЕЧКА ПОЭЗИИ СПМ. ЕВГЕНИЙ ЛЕСИН

Оригинал взят у ludmila_osokina в БИБЛИОТЕЧКА ПОЭЗИИ СПМ. ЕВГЕНИЙ ЛЕСИН
В Библиотечке поэзии Союза писателей Москвы планируется книга Евгения Лесина.
Евгений Лесин

Об авторе

Евгений Лесин – поэт, прозаик, критик.
Родился в Москве в 1965 году.
Учился в Московском институте стали и сплавов, служил в Советской армии, работал инженером-технологом и химиком в котельной.
В 1990-м поступил в Литературный институт имени Горького.
После окончания института, с 1995 года служил в газете «Книжное обозрение».
С 2002-го работает в «Независимой газете» ответственным редактором книжного приложения «НГ– Ex Libris».

Библиография

«Записки из похмелья» (М.: Academia, 2000),

«Русские вопли» (М.: Ракета, 2005),

«По кабакам и мирам» (М.: Гаятри, 2007; совместно с Ольгой Лукас),

«Недобор» (М.: Изд-во В. Гоппе, 2009; совместно с Всеволодом Емелиным),

«Легенды и мифы Древней Греции» (СПб.: Красный матрос, 2009).


* * *
Боишься смерти, ада и людей,
Боишься слов латинских и английских.
Боишься власти, собственных идей,
Небытия боишься, и за близких.

Боишься ночи, вечера и дня.
И утром тоже страшно и тревожно.
Полиции боишься, как огня.
В глаза не смотришь, ходишь осторожно.

Боишься пешеходов и собак.
И в городе родном - нерусской речи.
Боишься сделать что-нибудь не так,
Боишься, что ответить будет нечем.

Боишься солнца, воздуха, воды.
И засухи боишься, и болота.
Боишься испугаться ерунды
И сам боишься напугать кого-то.

Боишься суеты и темноты,
Боишься перемен и постоянства.
Боишься высоты и темноты.
И подлого закрытого пространства.

Боишься не найти и потерять.
Боишься заблудиться, обознаться.
И главное: боишься перестать.
Боишься перестать всего бояться.


* * *
Зенон не прав, и опровергнуты апории.
Я не хочу быть палачом и палачу.
Я не хочу быть соучастником истории.
Да и свидетелем ее быть не хочу.


* * *
То ли май на дворе, то ли самое лето.
В автозаке унылом совет да любовь.
Просто встретились два одиночных пикета.
И ряды оппозиции множатся вновь.


* * *
Мы много и красиво говорим,
Завидуем классическим державам.
Когда режим становится смешным,
Он все равно способен быть кровавым.


* * *
А ко мне вчера, чиста,
Приходила поп-звезда,
Так трясла своим кадилом,
Что расплакались уста.


* * *
Ты проплыла походкой царственной
Вчера по думе государственной.
Я полюбил твои булавки,
Духи, законы и поправки.


* * *
Ураганы, бомбы, мечети, танки
По всем уголкам планеты.
И у меня
В трехлитровой банке
Заканчиваются конфеты.


* * *
А рано утром на рассвете
Очаровательный толстяк
Увидел новость в новостях
И утопился в туалете.

Смеются женщины и дети.
Хотя, казалось бы, пустяк.


* * *
Приходил ко мне вампир.
Говорил: вы мой кумир.
Вы как Пушкин для Гомера
И как Ельцину Шекспир.

Вы, рассказывал, певец.
Через Яузу пловец.
Вам бы править табунами
Мракобесов и овец.

Ладно, ладно, говорю.
Мне досадно, говорю.
Тут становится прохладно
И накладно, говорю.

Огорчился кровосос.
Слезы брызнули в навоз.
И сказал: подите на фиг.
Понимаю. Не вопрос


* * *
А тут и электричество погасло.
Закрякало, вдруг – хоп! – и темнота.
Компьютер что-то бякнул недовольно.
И президент сердито замолчал.
Умолкли развлекательные песни.
Мороженое подло потекло.
Оно лежало подло в морозилке.
И в морозилке подло потекло.
Сижу, как обезумевший Херасков:
Листок бумаги, тусклая свеча.
Вы скажете: романтика и сказка.
Зима, наверно, скажете, февраль.
А я скажу…
И ведь какая сволочь.
То гаснет свет, то снова зашипит.
И пробки издевательски щебечут.
И холодильник тоже загудел.
И снова замолчал. И телевизор,
Хоть выключен, а все-таки бубнит.
Бормочет про счастливую Россию.
Так партию куда-то там зовут.
Мне страшно, няня.
Лиза, где электрик?
Экран-то телевизора погас,
А все равно оттуда тянет руки
Настойчивый угрюмый депутат.
Сурово говорит он про законы,
Пугает снова чем-то и грозит.
Курлыкаешь, грозит, впотьмах у свечки,
А я сейчас приду и укушу.
Сидеть, рычит, и трепетно бояться.
А я сижу, боюсь и трепещу.
Забрался бы, конечно, в холодильник,
Но там ведь тоже кто-нибудь сидит.
Эксперт какой, а то и политолог,
А то телеведущий и певец…
Я в ужасе вскочил, мечусь по клетке.
Скачу, как ошалелый кенгуру.
То в сумку головой, а то из сумки,
А то гляжу с укором на Луну.
И знаю, что поспать бы не мешало,
Но в ужасе хожу, хожу, хожу…
Куда-то все плывет перед глазами.
До завтра и до встречи на полу.


* * *
Помним, любим и скорбим,
Не забудем, не простим.


* * *
Когда Москву разрушат, как Содом,
За все ее победы и парады,
Из города греха в счастливый дом
Бегите, не оглядываясь, гады.

Вы здесь чужие, праведники вы,
Бегите и молитесь, боги с вами.
А я пойду бульварами Москвы
Беседовать с фонарными столбами.

Мы сами, как всегда, всему виной.
Но если вдруг случайно среди улиц
Я встречу столб еще и соляной,
Скажу: спасибо, Вы хоть оглянулись.


Маскировка

Говорят, что весна, что воскресенье вербное.
Говорят, скоро пасха, Первомай и парад.
Говорят, что в Кремле настроенье нервное.
И чиновники улетают косяками за МКАД.

И природа не любит, когда вокруг все голое.
И огари торопливые пробивают лед.
Глупое грустное маскируется под веселое
В надежде, что маска когда-нибудь прирастет.