May 17th, 2012

pic#87971784 основная

Большой секрет для маленькой компании: Антоненков, Мориц, Левин

Оригинал взят у taberko в Большой секрет для маленькой компании: Антоненков, Мориц, Левин
Современный иллюстратор Евгений Антоненков обожаем детьми и взрослыми у нас и известен своими работами далеко за пределами России. Любимая техника художника - смешанная - акварель и перо, а иллюстрации из-под этого пера выходят живые, остроумные, веселые и задорные. Поэтому сегодня на полке две книги с его картинками - сборники "абсурдных" стихов Юнны Мориц и Вадима Левина, которые в представлении не нуждаются.


Стихи Юнны Мориц шагают со мной по жизни с самого детства, такого раннего, когда еще "ходишь пешком под стол". Кто не помнит песенку из любимого мультфильма "Большой секрет для маленькой компании?". Я всегда "подпевала" родителям, когда они затягивали "Собака бывает кусаааааачей..." Подпевала, конечно, громко сказано - просто говорила в конце АВ-АВ, но как восторженно! Сама я не помню, но мама очень весело об этом рассказывает. А вот красивых, качественных сборников стихотворений Юнны Мориц в моем детстве не было. Зато сейчас есть!

Collapse )
Collapse )
pic#87971784 основная

Стихи с утра

Белла Ахмадулина
* * *
Так дурно жить, как я вчера жила,-
в пустом пиру, где все мертвы друг к другу
и пошлости нетрезвая жара
свистит в мозгу по замкнутому кругу.

Чудовищем ручным в чужих домах
нести две влажных черноты в глазницах
и пребывать не сведеньем в умах,
а вожделенной притчей во языцех.

Довольствоваться роскошью беды -
в азартном и злорадном нераденье
следить за увяданием звезды,
втемяшенной в мой разум при рожденье.

Вслед чуждой воле, как в петле лассо,
понурить шею среди пекл безводных,
от скудных скверов отвращать лицо,
не смея быть при детях и животных.

Пережимать иссякшую педаль:
без тех, без лучших, мыкалась по свету,
а без себя? Не велика печаль!
Уж не копить ли драгоценность эту?

Дразнить плащом горячий гнев машин
и снова выжить, как это ни сложно,
под доблестной защитою мужчин,
что и в невесты брать неосторожно.

Всем лицемерьем искушать беду,
но хитрой слепотою дальновидной
надеяться, что будет ночь в саду
опять слагать свой лепет деловитый.

Какая тайна влюблена в меня,
чьей выгоде мое спасенье сладко,
коль мне дано по окончанье дня
стать оборотнем, алчущим порядка?

О, вот оно! Деревья и река
готовы выдать тайну вековую,
и с первобытной меткостью рука
привносит пламя в мертвость восковую.

Подобострастный бег карандаша
спешит служить и жертвовать длиною.
И так чиста суровая душа,
словно сейчас излучена луною.

Терзая зреньем небо и леса,
всему чужой, иноязычный идол,
царю во тьме огромностью лица,
которого никто другой не видел.

Пред днем былым не ведаю стыда,
пред новым днем не знаю сожаленья
и медленно стираю прядь со лба
для пущего удобства размышленья.
1967