lapadom (lapadom) wrote,
lapadom
lapadom

Categories:

Елизавета Мартынова: Вот только музыка прошла

Перепост из ленты, приглянулись 3 стихотворения:
Оригинал взят у liudprando в Елизавета Мартынова: "Вот только музыка прошла"
...стал читать подборку "Книга степи" Елизаветы Мартыновой.

Елизавета Мартынова

... Да, эти стихи совсем просты, но очень уж жизнеутверждающие и запоминающиеся. Безусловно радует, что автор еще так молода и у неё ещё всё впереди. Вот несколько стихотворений для читателей моего блога:

***
Мы были музыкой когда-то,
Слагали песенки зимы,
Но мы не знали адресата
И отклика не знали мы.

Что с этим временем сравнится,
С тем одиночеством живым,
Когда дрожат во тьме ресницы
От слёз горячих ножевых?

Сравнить ни с чем я не рискую
Ни снежный дым, ни горький взгляд,
Ни песню нежную такую,
Что на другую не глядят,

И столики в кафе, и запах
Мороза в облаке тепла…
Ничто не изменилось за год,
Вот только музыка прошла.

ОКРАИНА
Окраина, старая рана,
Старухи и малые дети,
Звезда, что горит неустанно,
И память, которая светит.

Жизнь — словно окраина эта,
Огромное жёлтое поле.
В ней хватит и ветра, и света,
И воли, и счастья, и боли.

Но мало ли что приключится —
Смотрю в поднебесье, не щурясь.
Окраина, чёрная птица,
Тень горя на сумерках улиц.

На фоне домов аварийных —
Израненный старостью тополь.
Здесь жили, стирали, варили
И жизнь не считали жестокой.

О чём сожалеть? Всё сбывалось.
О чём говорить? Всё известно.
Здесь детство похоже на старость
И старость похожа на детство.

Здесь звёзды сияют упрямо,
А сердце — светло и тревожно.
Окраина — старая рана,
Которой зажить невозможно.

***
Начинается осень. Щербаты ступени её.
Эта лестница нас на чердак голубиный уводит –
Там все стены исписаны разною глупостью вроде
«Саня З. + Марина», и тоненький ветер поёт –

Паутину колеблет, рассеянный свет рассыпает.
Только выйдешь на крышу – весь город, гляди, пред тобой.
Здесь темнеет овраг, дальше синяя Волга мелькает,
Шпиль готический в небо уткнулся упрямой иглой.

Эта осень меня укрывала столиственной мглою,
Уводила в упорную, гордую горесть любви.
Что теперь от неё, осторожной и скромной, я скрою?
Ржавый лист паутиной знакомых морщинок овит.

На доске рисовала мелком ярко-белым и жёстким,
На асфальте – дождём, самолётиком – на синеве.
Эта осень прошла. Стала женщиной взрослой.
Эта взрослость её не укладывается в голове.

И сбивается слог, и уходит привычная гладкость,
И ступени щербаты – на память, на счастье, на боль.
До свидания, осень. Прощай, моя радость.
Хорошо навсегда, до конца оставаться собой.

Я ТОЖЕ СТАНУ СТЕПЬЮ
Не вечен город. Здесь столетья степь
Лежала — неподвижная, глухая.
Звезды погибшей опускался свет
До золотой земли — и в травах таял.

Степь — это воздух, горький и густой,
Весенний, опалённый, неповинный
Ни в чём — и опьянённый высотой
И радугой крылатой и наивной.

Стань детством, степь, воспоминаньем будь —
О девочке, на станции живущей.
Здесь будет город. Здесь намечен путь
Для молодых, безудержных, поющих.

Не страшно им, что призрачен барак,
Сквозящий на ветру войны великой,
Что слишком много выпало утрат
И в скорбных лицах проступают лики.

Играет девочка на пристальном ветру,
Дивится травяному благолепью
И говорит, что «если я умру,
То ничего — я тоже стану степью».

* * *
Книга степи открывается враз:
Шелестом трав и мерцанием звёздным —
Словно бы радость какая сбылась,
Словно бы горе исчезло бесслёзно.

Ржавую пижму погладь не спеша,
Думать забудь о безумии близком.
Видишь, стрижи обучают стрижат
Небом владеть безо всякого риска?

Так же и ты своё сердце заставь
В засуху всё ж расцвести при дороге,
Птицей сорваться с обрыва — и вплавь
Преодолеть облака и тревоги.

Это ещё пригодится тебе
После, в дыму городском и недужном.
Книгу степи, как оружие, нужно
Прятать у сердца — на радость судьбе.

* * *
Жизнь осенняя становится прозрачной —
Истончаясь, на просвет видна.
Синим небом сквозь листву маячит
Жизнь — едва приметная она.

Только луч ещё лежит на стёклах,
Только свет ещё дрожит в окне.
Прошлое почти совсем поблёкло,
Только настоящее в цене.

Каждый миг осмысленно прекрасен.
В лоджии шуршит опавший лист.
Сквозь стекло мне ясно виден ясень,
В жёлтой кофте, точно футурист.

* * *
В седой степи туманный огонёк
Цветёт, цветёт, ещё не облетает.
Как близок он, как всё-таки далёк —
Никто его не помнит и не знает.

Не человек ли это заплутал,
Костром от темноты отгородился,
Когда ему открылась высота
Ночной звезды и тихий свет явился?

В седой степи, как будто на краю
Земли и нерастраченного неба,
Он снова вспоминает жизнь свою,
Отогревает призрачную небыль.

Всё, всё, что было, что произошло,
Что превратилось в память золотую,
Теперь костром огромным расцвело
И, кажется, рассыпалось впустую.

Но каждой искрой, каждым огоньком
Припав к земле осенней терпеливой,
Жизнь новая становится цветком —
И светит неразумно и счастливо.

номер журнала "Сура", Вот та самая подборка: http://sura.liblermont.ru/content/files/v116/v116martinova.pdf
Страница Елизаветы Мартыновой на "Стихире": http://www.stihi.ru/avtor/lizamart




P.S. Спасибо liudprando за наводку! ДГ
Tags: перепост, стихи
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments